Семинар-практикум «Границы»

Вы когда-нибудь задумывались о своих границах? Об их количестве, качестве, заметности, функциональности? Границы – не то же самое,  что ограничения. Ограничения – это ощущения сужения, невозможности, тесноты в существующем, некой «подножки» со стороны ситуации или самому себе. То есть, можно сказать, что ограничение – это осознанный или неосознаваемый запрет на что-либо. Границы – совсем другое […]
Дата события: 18 марта (суббота) с 11.00 до 19.00

Вы когда-нибудь задумывались о своих границах? Об их количестве, качестве, заметности, функциональности? Границы – не то же самое,  что ограничения. Ограничения – это ощущения сужения, невозможности, тесноты в существующем, некой «подножки» со стороны ситуации или самому себе. То есть, можно сказать, что ограничение – это осознанный или неосознаваемый запрет на что-либо.

Границы – совсем другое дело. Установление и соблюдение своих границ – это возможность поддерживать свою целостность, быть на своем месте, определяться со своими желаниями и совершать свои выборы, строить уважительные отношения с окружающими с учетом границ (те своей и их целостности), способность заботиться о себе, накапливать и удерживать свою силу, тратить (распоряжаться) своими ресурсами по своему усмотрению.

Нарушение границ неизбежно приводит к конфликтам. Причем, границ не только чужих, но и своих. Нарушением называется недобровольное преодоление, открытие границ или попустительское отношение к ним. В обыденной жизни тема границ важна, но не всегда осознаваема.  Примерами нарушения границ являются такие ситуации, когда кто-то внезапно и без звонка приходит к нам в гости, а мы без желания, но со страхом его (гостя) принимаем, непрошенные советы, навязывание своего мнения или своей заботы, использование чужого времени в своих интересах, использование своего времени (и других ресурсов) в чужих интересах без уравновешивания. Нарушения границ ведет к потерям: своего Я, своего места, своей роли, своей силы.  Есть разные варианты состояния границ, их создания и нарушения. Есть многообразные  гласные или негласные правила, по которым люди поддерживают состояние своих границ, а значит своей целостности. Вокруг темы границ есть много мифов и ложных мнений. Но самое важное, это переживания, поражающие нас при нарушении наших границ  другими людьми, при соединении своих границ с границами другого, когда мы вступаем в отношения, при открытии своих границ, если мы намереваемся впустить в свою жизнь что-то новое, или при закрытии их, если мы с кем-то или чем-то прощаемся.

О границах,  переживаниях о них и восстановлении их – наш тренинг.

Темы:

  • Границы, их функции и применения. Сила границ и смысл границ. Как заметить нарушения своих границ. Тест на состояние границы.
  • Что или кто находится внутри и снаружи границ. Индивидуальные, парные, семейные, родовые и социальные границы. А также границы живого и скрытого.
  • Признаки и чувства нарушения границ. Где заканчивается наше Эго и начинается Эго другого…? Способы восстановления границ и возвращения утерянного.
  • Теперь можно сказать : Да. Себе. И можно сказать Другому: Да. Теперь я вижу тебя и твои границы.

В процессе тренинга участники получат знания о границах и их вариациях,  о правилах построения и подержания границ, научатся распознавать ощущения  при соблюдении или нарушении границ, сделают упражнения  и мини-расстановку на реконструкцию своих границ  и получат индивидуальные домашние задания по дальнейшей заботе о своих границах и своем пространстве.

Стоимость участия 5000 руб.

 Запись в форме (см. ниже) или  смс по телефону 8-916-5082827

    Мероприятие (обязательно)


    Адрес: ул. Малая Лубянка, дом 164, угловой подъезд с зеленой табличкой Ресо, 3-ий этаж, дверь слева. С собой желательно сменную обувь или бахилы/одноразовые тапки (на входе).

     

    Интересное для прочтения и размышления….

    А как вам отзываются эти тексты?

    Нашли в инете притчу о границах и выборах. Она из книги известного писателя-философа о жизни  Ричарда Баха:

    — Мы все свободны делать то, что мы хотим делать,
    — сказал он в эту ночь. — Это просто, ясно и очевидно, не правда ли? Ну не прекрасный ли это способ управления Вселенной?

    — Почти. Ты забыл одну маленькую деталь, — сказал я.

    — О?

    — Мы все свободны делать то, что мы хотим делать, при условии, что своими действиями не причиним боли другим,
    — добавил я. — Я знаю, что ты имел это в виду, так что же ты сразу это не сказал?

    Из темноты до меня донесся звук шагов. Я быстро взглянул на него.

    — Да, похоже, что кто-то…

    Он встал и ушел в темноту. Вдруг я услышал, как он рассмеялся и произнес имя, которое мне не удалось расслышать.

    — О’кей, — сказал он. — Нет, мы будем вам рады… Что вы там стоите, правда, просим к нам на огонек…

    Ему ответил голос с сильным акцентом, не русским, не чешским, скорее, с трансильванским:

    — Спасибо, но мне не хотелось бы вас стеснять.

    Мужчина, которого Дон привел к нашему костру, выглядел для Среднего Запада довольно необычно. Маленькая, стройная волкоподобная фигура, пугающая взор. Он был одет в вечерний костюм, черный плащ, подбитый красным шелком, и лакированные ботинки. При свете костра он чувствовал себя неловко.

    — Я проходил мимо, — сказал он. — Мне ближе идти к дому через поле.

    — Неужели? — Шимода не верил ему, зная, что он лжет, и, в то же время, едва сдерживал смех. Я ничего не понимал.

    — Располагайтесь поудобнее, — сказал я. — Не можем ли мы вам чем-нибудь помочь? — на самом деле я сказал это чисто из вежливости; он был мне настолько неприятен, что мне вовсе не хотелось, чтобы ему было удобно.

    Он посмотрел на меня с безнадежной улыбкой, от которой на меня повеяло холодом.

    — Да, вы можете мне помочь. Мне это очень нужно, иначе я не стал бы и просить. Можно я попью вашей крови? Совсем чуть-чуть? Это моя пища, мне нужна человеческая кровь…

    Может быть, все дело было в акценте, он не слишком-то хорошо владел английским, но я вскочил на ноги так быстро, как мне уже давно не приходилось этого делать, и от этого движения в огонь полетели стебельки.

    Мужчина отступил. Вообще-то, я спокойный человек, но я неплохо сложен и, наверное, выглядел грозно.

    — Простите, сэр! Простите! Пожалуйста, забудьте об этом! Но дело в том, что я…

    — О чем вы говорите? — я приходил все в большую ярость, потому что мне было страшно. — Вы, собственно, кто такой? Вы что, ВАМ…

    Шимода перебил меня, прежде чем я успел вымолвить это слово.

    — Ричард, наш гость говорил, а ты прервал его. Пожалуйста, сэр, продолжайте, простите моего друга, он несколько нетерпелив.

    — Дональд, — сказал я, — этот тип…

    — Спокойно!

    Я так изумился, что замолчал и с испугом и изумлением смотрел на мужчину, выхваченного из темноты светом костра.

    — Пожалуйста, поймите меня правильно. Я вовсе не хотел родиться вампиром. Это для меня большое несчастье. У меня нет друзей. Но каждую ночь я должен выпивать немножко свежей крови, иначе меня будут терзать ужасные боли, я даже могу умереть. Пожалуйста, позвольте мне попить вашей крови, совсем чуть-чуть, больше пинты мне и не надо, иначе мне будет очень плохо, иначе я умру, — он сделал шаг по направлению ко мне, облизывая губы. Вероятно, он полагал, что Шимода имеет на меня влияние и заставит подчиниться.

    — Еще один шаг, и кровь будет. Мистер, как только вы до меня дотронетесь, я убью вас… — я не стал бы его убивать, просто перед дальнейшей беседой я намеревался его хорошенько связать.

    Должно быть, он мне поверил, потому что остановился и вздохнул.

    — Вы достигли того, чего хотели? — спросил он, повернувшись к Шимоде.

    — Думаю, что да. Спасибо.

    Вампир взглянул на меня и непринужденно улыбнулся, как актер на сцене, когда спектакль уже закончился.

    — Я не буду пить твою кровь, Ричард, — сказал он на безупречном английском без всякого акцента. На моих глазах он растворился в воздухе, как будто кто-то выключил его…

    Секунд через пять его уже не было.

    Шимода присел у костра.

    — Я рад, что ты сам не веришь в то, что говоришь.

    Я все еще дрожал от избытка адреналина в крови, я был готов к схватке с монстром.

    — Дон, я не вполне уверен в том, что готов к подобным шуткам. Может быть, ты объяснишь мне, наконец, что, собственно, происходит? К примеру, что это… было?

    — Это был уомпирр из Трронсильуании, — сказал он с еще большим акцентом, чем то чудовище. — Или, чтобы быть более точным, это была мысленная форма вампира из Трансильвании. Если ты хочешь кому-нибудь что-то объяснить, а тебя не слушают, дай им как следует по голове какой-нибудь мысленной формой, чтобы до них дошло, что ты имеешь в виду. Как ты думаешь, я не переборщил с этими клыками, с акцентом и этим плащом? Он не слишком тебя напугал?

    — Плащ был роскошный, Дон, но он так похож был на стереотип, он был таким забавным… Нет, я вовсе не испугался.

    Он вздохнул.

    — Ну, хорошо. Но ты, по крайней мере, все понял, а это главное.

    — Что я понял?

    — Ричард, в своем гневе по отношению к моему вампиру ты делал то, что хотел делать, даже хотя ты и предполагал, что причинишь ему боль. Он даже предупредил тебя, что ему будет больно, если…

    — Но он же собирался пить мою кровь!

    Мы все поступаем подобным образом, когда говорим другим, что нам будет больно, если они не будут жить так, как нам хочется.

    Некоторое время я молча обдумывал это. Я всю жизнь считал, что мы можем поступать так, как нам заблагорассудится, при условии, что мы не будем делать другим зла, но это оказалось неправильным. Что-то тут было не так.

    — Тебя смущает общепринятая формулировка, которая не верна, — сказал он. — Эта фраза: причинить боль кому-нибудь другому. Что бы ни случилось, мы сами выбираем, будет нам больно или нет. Это решаем только мы сами, и никто другой. Мой вампир сказал тебе, что ему будет больно, если ты не дашь ему напиться крови. У тебя был выбор — дать ему кровь, отказать ему, связать его, забить в его сердце священный кол. Если бы он был против священного кола, он был бы свободен оказать тебе сопротивление, причем любым угодным ему способом. И так далее, и так далее. Выборы, альтернативы.

    — Ну, если на это так смотреть…

    — Послушай, — сказал он, — это очень важно. Мы. Все. Свободны. Делать. То. Что. Мы. Хотим. Делать

    0 Комментариев

    Оставить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *